О концепции культурно-образовательной политики

Ещё до относительно недавнего времени не существовало отдельных понятий "воспитание" и "образование". Было общее понятие – "просвещение", в котором образование и воспитание рассматривались как два неотъемлемых аспекта этого процесса. Бессмысленным считалось как знание без духовных ценностей, так и ценности, не подкреплённые знаниями. Так было в Российской империи, так было в советское время. Исключением стали 1990-е годы, когда государство сознательно отказалось от задачи воспитания молодёжи.

Таким образом, на срок жизни одного поколения выпало два перелома. Первый – начало 1990 годов – отказ от функции воспитания. А второй – то, что происходит сейчас. Современный период я бы назвал периодом постепенного поворота государства к решению задачи воспитания. Поворот выражается в том, что на самом высоком уровне сформирована концепция государственной культурно-образовательной политики. Задача моего доклада – разъяснить ту логику, которой придерживались разработчики этой концепции, и рассказать, что в итоге получилось.

В законе об образовании, принятом в 2012 году1 Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации". , введено понятие "воспитание". Это "деятельность, направленная на развитие личности, создание условий для самоопределения и социализации обучающегося на основе социокультурных, духовно-нравственных ценностей и принятых в обществе норм поведения в интересах человека, семьи, общества и государства". Поскольку в Конституции фактически заложен запрет на идеологию, трудно ответить на вопрос: что же это за ценности и правила? Трудность очевидна, но воспитание не имеет смысла, если эти ценности не будут определены. Работа над решением данной проблемы началась в Министерстве культуры Российской Федерации при министре В. Р. Мединском.

Результатом такой работы стали следующие документы, утверждённые указами Президента Российской Федерации:

Что же было положено в основу данных документов? Отправной точкой стало понятие патриотизма. Но почему именно российский патриотизм, а не патриотизм "гражданина мира" или нечто иное?

Для ответа на данный вопрос был использован цивилизационно-ценностный подход. Основоположником его считается наш великий учёный Н. Я. Данилевский (1822–1885). Суть подхода – признание того, что человечество, единое на биологическом уровне, не является единым на уровне социальном. Человечество существует в форме больших общностей, которые называют культурами; Л. Н. Гумилёв называл их суперэтносами, ну а сейчас наиболее употребительно слово "цивилизации".

Интуитивно понятно, что китайская цивилизация, например, отличается от американской, а русская – от мусульманской. Но в чём заключается это отличие? С точки зрения цивилизационно-ценностного подхода отличие – в ценностях: в тех представлениях о добре и зле, в том жизненном опыте, который накоплен этими цивилизациями.

Отсюда определение культуры, данное в Основах государственной культурной политики: культура – это "совокупность формальных и неформальных институтов, явлений и факторов, влияющих на сохранение, производство, трансляцию и распространение духовных ценностей". То есть через культуру человек приобщается к исторически сложившимся ценностям и нормам поведения, которые как бы закодированы в нашем материальном и нематериальном наследии. И приобщение к этим ценностям делает нас теми, кем мы являемся, то есть формирует нашу российскую идентичность. Отсюда вытекает ряд следствий, которые нашли своё отражение в нормативных актах.

Первое следствие. Культура является объединяющей основой нашей многонациональной и многоконфессиональной страны. Мы разные, но мы вместе именно благодаря общей системе ценностей.

И это не отказ от признания отдельных наций. Это признание того, что в многонациональной общности российского народа есть общее ценностное ядро. Отсюда понятие общего культурного пространства, заложенное в Стратегии национальной безопасности.

Второе следствие – это понятие культурного суверенитета. Поскольку культуры у цивилизаций разные, то мы защищаем не культуру вообще, а именно нашу, российскую культуру.

Это не закрытость от внешнего мира. Напротив, мы всегда отличались умением воспринимать всё лучшее, чего добилось человечество. Но это именно наш выбор, а не то, что нам могло бы быть навязано извне. Поэтому введено понятие культурного суверенитета.

Третье следствие. Необходимо как-то назвать те духовные ценности, о которых идёт речь. Понятно, что мы можем неосознанно придерживаться их, зная нашу историю и культуру, но всё же необходима и осознанная формулировка. И это отражено в Стратегии национальной безопасности, где перечислены традиционные ценности российской культуры. На первое место поставлен приоритет духовного над материальным. Именно эта черта является важнейшим отличием русского народа, русской и российской культуры на протяжении нескольких веков.

Уточню, что это, безусловно, православные ценности. Причём не имеет значения, является ли человек верующим или неверующим, относится ли он к православной конфессии или к какой-то другой. Независимо от всего этого, если он россиянин, если он воспитан в российской культуре, то он воспитан именно в духе православных ценностей.

Последнее, четвёртое следствие – практическое. Для того чтобы вот эта ценностная составляющая культуры работала на воспитание, должна проводиться государственная культурная политика. В Конституции как раз и говорится о проведении единой государственной политики в сфере культуры. Это и есть задача воспитания. Поэтому правильней было бы называть это культурно-образовательной политикой.

То есть когда мы утверждаем национальные проекты, реализовываем государственные программы, нам необходимо думать не только о посещаемости музеев и о количестве проданных билетов. Важно думать о содержании: насколько соответствует нашей культуре то, что мы видим на сцене театра, на экране в кино, на выставках в музеях и т. д.

Речь идёт не о цензуре как о предварительном согласовании того, что можно и что нельзя говорить. Речь идёт именно о государственной политике. Об отказе государства поддерживать то, что является самоубийственным для общества и для нашей культуры.

Сфера культуры – весьма обширное понятие. В этой сфере министерство культуры занимается театрами, музеями, библиотеками. Роспечать занимается СМИ. Образованием занимаются уже целых два министерства. Но единой политики у всех этих ведомств как не было, так и нет. Потому что нет необходимого взаимодействия между ведомствами.

Поэтому можно сказать, что концепция культурно-образовательной политики у нас есть, а самой этой политики нет. Почему так – это тема для отдельного обсуждения.