Скачать, pdf
Дата публикации
01 июня 2020
Разделы/материалы
ИсследованияСтатьи Тетради Русской экспертной школы, 2017 № 3
Поделиться

Коллаборационизм и неоколлаборационизм

Со времён глубокой древности человеческое общество вырабатывало два диаметрально противоположных отношения к родной стране. Одно из них, восходящее через Пакувия[1] к Аристо­фану[2], пародировавшего известный стих Софокла, обрело всемир­ную известность в ироническом пересказе Марка Тулия Цицерона. Ведь именно у Цицерона в его "Тускуланских беседах" (V, 37, 108) было чётко сформулировано: "Patria est ubicumque est bene"[3] ("От­ечество везде, где нам хорошо"). Эти слова и легли в основу извест­ного латинского афоризма: "Ubi bene, ibi patria" ("Где хорошо, там и отечество"[4]).

Вместе с тем древний мир знал и совершенно иное отношение к Родине[5], лучше всего выраженное в словах Горация:

Dulc(e) et decorum (e)st pro patria mori[6]

("Сладостно и почётно за родину умереть")

(Оды, III, 2, 3).

Вся последующая история человечества, включая обстоятель­ства образования и распада СССР, даёт нам бесчисленное количество свидетельств, когда реализовывалось либо первое, либо второе отно­шение к Родине. В нашей стране после 1917 года становление массо­вого патриотического сознания происходило в мучительном проти­воборстве двух названных тенденций. Ведь ещё в позапрошлом веке тяжелейшие условия жизни рабочего класса в подавляющем боль­шинстве европейских стран позволили авторам "Манифеста комму­нистической партии" бесстрашно провозгласить: "Die Arbeiter haben kein Vaterland"[7] ("Рабочие не имеют отечества"). Логическим следстви­ем такого радикального антипатриотического вывода, несомненно, стал итоговый призыв: "Proletarier aller Lander, vereinigt euch!"[8] ("Про­летарии всех стран, соединяйтесь!")

В начале ХХ века базовая идеологическая установка марксиз­ма в сфере политической практики трансформировалась в известное ленинское положение: "Революционный класс в реакционной войне не может не желать поражения своему правительству. Это – аксиома. И оспаривают её только сознательные сторонники или беспомощные прислужники социал-шовинистов"[9].

Поразительно, но эту ленинскую идейную установку воспри­нял и пронёс через немецкий плен и сотрудничество с гитлеровцами генерал-лейтенант Андрей Андреевич Власов, кстати сказать, участ­ник Гражданской войны на Врангелевском фронте. Если обратиться к сборнику "Следствие продолжается", где мне довелось издавать протокол допроса Власова Андрея Андреевича от 25 мая 1945 года, то мы прочитаем такие слова генерала-предателя: "Начиная с 1937 года, я враждебно относился к политике Советского правительства, считая, что завоевание русского народа в годы Гражданской войны большевиками сведены на нет. Неудачи Красной Армии в период вой­ны с Германией я воспринимал как результат неумелого руководства страной и был убеждён в поражении Советского Союза. Я был уверен, что интересы русского народа Сталиным и советским правительством принесены в угоду англо-американским капиталистам"[10].

Не менее удивительно и то обстоятельство, что даже в 1943 году Андрей Андреевич Власов, находясь уже у немцев, настаивал на том, чтобы его осеняла слава участника Гражданской войны. То есть полу­чается, что в молодости Андрей Андреевич Власов в достаточной мере усваивал социальные идеалы формировавшегося тогда советского общества и настолько хорошо их усвоил, что в его воинских характери­стиках говорится о том, что он, естественно, человек политически гра­мотный. Сам о себе Власов писал: "Никаких колебаний не имел, всегда стоял твёрдо на генеральной линии партии и за неё боролся".

Типичная для марксистского мироощущения увязка чувств "любви к Родине" с характером "социально-экономических условий в стране проживания" неизбежно предопределяла тотальное круше­ние идеалов советского патриотизма. Если условия жизни в странах Западной Европы и США превосходили среднестатистический совет­ский стандарт качества жизни, то привязанность к СССР в рамках по­степенно набирающего силу либерально-материалистического мыш­ления становилась бессмысленной. Сегодня это мироощущение можно было бы выразить в виде краткой латинской формулы: "Ubi male, ibi barbaria" ("Где плохо, там и чужбина").

Примечательно, что сходную мысль, хотя куда более многослов­но, выразили в предпоследний год Второй мировой войны составители "Пражского манифеста": "Нет преступления большего, чем разорять, как это делает Сталин, страны и подавлять народы (имелись в виду ре­спублики и народы СССР – А. В.), которые стремятся сохранить землю своих предков и собственным трудом создавать на ней своё счастье"[11]. Далее задавалось два риторических вопроса: "За что же борются в эту войну народы России? За что они обречены на неисчислимые жертвы и страдания?" Ответ, как это ни парадоксально, был выдержан в тради­ционном марксистском духе[12]: "В революции 1917 г. народы, населяв­шие Российскую империю, искали осуществления своих стремлений к справедливости, общему благу и национальной свободе. Они восстали против отжившего царского строя, который не хотел, да и не мог уни­чтожить причин, порождавших социальную несправедливость, остатки крепостничества, экономической и культурной отсталости. Но партии и деятели, не решившиеся на смелые и последовательные реформы по­сле свержения царизма народами России в феврале 1917 г., своей двой­ственной политикой, соглашательством и нежеланием взять на себя ответственность перед будущим – не оправдали себя перед народом. Народ стихийно пошёл за теми, кто пообещал ему немедленный мир, землю, свободу и хлеб, кто выдвинул самые радикальные лозунги"[13].

Коль скоро великий прагматический принцип "Ubi bene, ibi patria" ("Где хорошо, там и отечество") не смог реализоваться ни в царской России, ни в советской, то, с точки зрения создателей "Праж­ского манифеста", нужно было естественно переходить на сторону Германии.

Впрочем, в самом Третьем рейхе (для внутреннего употребле­ния) национал-социалистами культивировалась идеология прямо противоположная власовской: "Deutschland, du wirst leuchtend ste- hen, mogen wir auch untergehen" (Baldur von Schirach – 1933 год). Или возьмём слова другой популярной песни:

Хочу сражаться храбро я До страшного конца, Чтоб мир Германия моя Когда-нибудь нашла.

So will ich wacker straiten Bis an das blut'ge End Dap einst in fernen Zeiten Mein Deutschland Frieden fand'

Здесь уместно напомнить, что у каждого офицера СС был кин­жал с надписью "Meine Ehre heipt Treue" ("Моя честь – верность"), и в верности до гроба лично Адольфу Гитлеру клялся каждый член "Охранных отрядов" Национал-социалистической германской рабо­чей партии. Как мы видим, национал-социалистическая идеология, в отличие от власовщины, считала верность одной из высших арийских добродетелей.

Широкомасштабное оправдание всевозможного преда­тельства начинается в нашей стране на исходе 80-х годов прошлого века и связано с горбачёвской "перестройкой". Естественное жела­ние неполных собственников (т. е. тех представителей партийно-хозяйственного актива, которые уже связали себя с теневой экономи­кой) стать собственниками полными требовало отречения от преж­них идеалов социальной справедливости. Однако битва за овладение собственностью величайшей в мире страны предполагала не только разрушение всей административно-командной системы с последующим переходом к приватизации казённого имущества, но и, прежде всего, уничтожение советской системы ценностей, которая пока ещё была значима для широких народных масс.

И тут оказалось, что огромное количество бывших носителей марксисткой идеологии повинно в грехе предательства своей соб­ственной Родины. Это прежде всего относится к членам Центрально­го комитета КПСС, к работникам партийного аппарата. Напомню и о последнем постсоветском предательском "подвиге", ныне сопряжён­ным в общественном сознании с жуткой киевской трагедией, когда был застрелен бывший депутат Государственной Думы РФ от Фракции КПРФ Денис Вороненков. Его бегство на Украину напомнило нам, что готовность к предательству, к сожалению, иногда проявляется в са­мых крайних и непристойных формах.

Я не хочу отрицать того, что в СССР были миллионы людей, которые верили в идеалы Великого Октября и героически отдавали свою жизнь за Родину. В то же время носители сугубо материалисти­ческой идеологии очень часто поступали более рационально, в соот­ветствии со своими материалистическими (в обывательском смысле этого слова) убеждениями. Для них, коли дым отечества был доста­точно горек, предательство собственной Родины оказывалось вполне возможным.

Осенью 2009 года в Москве, в стенах Российского института стратегических исследований, проходил международный круглый стол "Коллаборационизм и предательство во Второй Мировой войне. Власов и власовщина". К этому мероприятию М. Н. Ширяевым, и ныне работающим в РИСИ, был подготовлен фильм, небольшой фрагмент которого я бы хотел процитировать:

"22 июня 2009 года, в день начала Великой Отечественной войны, прошла презентация книги протоиерея Георгия Митрофанова "Трагедия России. Запретные темы и история ХХ века". В своей книге Митрофанов поднимает на щит генерала Власова, который в период Второй Мировой войны попал в плен и пошёл на сотрудничество с властями фашистской Германии. Совершенно очевидно, что презен­тация подобной книги 22 июня, то есть в день начала Великой Отече­ственной войны, может трактоваться как умышленное действие, на­правленное на достижение определённых целей. Интересно, что это за цели, кем они поставлены, и в связи с чем именно сейчас было ак­тивизировано данное мероприятие?"

Я не случайно предложил вашему вниманию начальный фраг­мент фильма М. Н. Ширяева, чтобы все чётко осознали: в полном соот­ветствии с известным анекдотом о том, что "Россия – родина слонов", мы даже в делах неоколлаборационизма опередили наших украин­ских братьев. Знаменитое выступление президента Украины Виктора Ющенко, где он провозглашал Бандеру национальным героем, было позже выступлений отца Георгия Митрофанова.

Как известно, 20 января 2010 года Виктор Ющенко, незадолго до окончания своего президентского срока, издал указ № 46/2010, в соответствии с которым Степан Бандера посмертно удостаивался высшей степени отличия Украины – звания Героя Украины. Разреши­те привести здесь стенограмму этой церемонии в русском переводе.

В. Ющенко: "В завершение я хочу сказать о том, чего ожида­ли миллионы украинских патриотов и много лет. Я подписал указ "За нерушимость духа в отстаивании национальной идеи и проявленные героизм и самопожертвование в борьбе за независимое украинское государство постановляем: присвоить звание Героя Украины с удостаиванием ордена Государства Бандере Степану Андреевичу". Слава Украине!"

"Для получения награды, которая передается потомкам Степа­на Андреевича, приглашается внук Степана Бандеры Степан Бандера".

С. Бандера: "Уважаемый господин Президент! Уважаемое об­щество! Для меня большая, скажу, огромная честь принять от имени семейства и потомков Степана Бандеры этот орден. Наконец, произо­шло то, чего ждали десятилетиями: украинское государство признало героический чин Степана Бандеры из сотен тысяч украинских патриотов, которые пали за это государство. Таким образом, этот орден – могучий акт исторической справедливости, утверждающий правду и новую эпоху Украины, о которой мы все мечтаем. Это Ваше решение, господин Президент, – это решение украинского государства. Благо­дарю за этот важный исторический шаг и Ваши великие заслуги перед Украиной".

Внук Степана Андреевича Бандеры тоже Степан Бандера. Исто­рия, похоже, повторяется. Дай Бог, чтобы на этот раз в виде фарса, а не в виде трагедии.

И всё-таки последствия разрастания идеологии неоколлаборационизма, с которыми мы сталкиваемся сегодня, в итоге превраща­ются в серьёзную геополитическую проблему. Но всё всегда начина­ется с робких всходов. Сначала это были общественные посиделки, потом научные конференции, на которых первоначально обкатыва­лась идеология духовного соработничества с историческими врага­ми нашей Родины. В этой связи особо зловеще смотрится проповедь ноколлаборационизма с церковного амвона. Истина конкретна. Об­ратимся к публикации "Слово на панихиде по генералу А. А. Власову и его сподвижникам 1 августа 2008 года":

"Впервые, два года назад, в 60-летнюю годовщину казни гене­рала Власова и его сподвижников мы собрались вместе – те немно­гие, кто в своей душе нёс память об этих людях. Тогда, пытаясь напом­нить всем нам, кем же были эти люди, я попытался нарисовать портре­ты четырёх из них – самых ярких, самых разных, и попытался поста­вить вопрос о том, кем же они были – героями или предателями? Как мне кажется, тогда мы все согласились с одним: они были предатели четверть века своей жизни, создавая коммунистический режим. И они попытались стать героями (но не стали таковыми), повернув своё оружие против большевизма в годы Второй мировой войны. Героя­ми они так и не стали, как не стали они солдатами, которым довелось вступить в действительное противоборство с большевизмом на поле брани. Они стали жертвами, пополнив те многочисленные жертвы ХХ века, которые принесла Россия на алтарь искупления своего великого исторического греха перед Богом"[14].

Мы видим, что в Санкт-Петербурге всё начиналось с пропо­ведей отца Георгия Митрофанов в Институте усовершенствования учителей. Там, в домовой церкви, он произносил проповеди на 60-ю годовщину беззаконной казни Андрея Андреевича Власова, потом на 61-ю и т.д.

Политическая психология учит, что для вхождения общества в состояние идеологического кризиса необходимо равенство сил меж­ду противоборствующими идеалами и антиидеалами. В результате все мероприятия взаимно блокируются, ничего не может быть реали­зовано, и общество оказывается в состоянии паралича. Именно такое положение наиболее благоприятно для последующего разрушения социальной системы.

Не удивительно, что к исходу ХХ века в нашей стране ключе­выми идеологическими фигурами становятся те, кто смог противопо­ставить прежним идеалам новые антиидеалы. В этом отношении весь­ма символично, что на всём постсоветском пространстве исключи­тельную известность приобретает советский разведчик-перебежчик Резун ("Суворов"). Его "ледокольная" библиотека выходила в свет огромными тиражами, деморализуя обывателя, который теперь был смущён даже в отношении самого героического события отечествен­ной истории и постепенно начинал путать агрессора с защищающейся стороной. Так устанавливалось блокирующее равенство между "суво­ровским" антиидеалом и идеалами поколения победителей, объеди­нявшими все народы бывшего СССР.

Сегодня лишь знатокам нацистской истории очевидно, что важнейшие идеи Резуна ("Суворова") заимствованы из речи Гитлера от 22 июля 1941 года. Обычный постсоветский обыватель, никогда не слушавший и не читавший нацистских речей, уже готов в равной мере возлагать ответственность за Вторую мировую войну и на сталинский СССР, и на гитлеровскую Германию. Ярким примером ретрансляции гитлеровских идей в современных российских условиях может слу­жить и последняя книжка Г. Х. Попова "Вызываю дух генерала Власо­ва", где от имени повешенного говорится:

"...Нам внизу было ясно – это подготовка удара по Румынии с целью захвата нефтяных месторождений. Это поставило бы Гитлера в самую жёсткую зависимость от Сталина и повлияло бы на делёж мира между этими двумя социалистами"[15].

Сравним это измышление с тем, что утверждал вождь Третьего рейха в день вторжения в СССР: "Der bedrohliche Angriff Ruplands ge- gen Rumanien sollte ebenfalls im letzten Grunde nur der Aufgabe dienen, diese wichtige Basis nicht nur des deutschen, sondern des wirtschaftlichen Lebens ganz Europas in die Hand zu bekommen oder unter Umstanden wenigstens zu vernichten"[16] ("Угрожающее нападение России на Румы­нию имело также главной задачей захватить в свои руки важнейшую базу не только германской, но и европейской хозяйственной жизни или по меньшей мере уничтожить её")[17].

На протяжении нескольких лет после публикации первых книг Резуна ("Суворова") общество, по сути, погрузилось в без­молвные раздумья. Запоздалые книги-опровержения не принес­ли должного социально-психологического эффекта. При этом для эмоционального сокрушения "ледокольной" теории "вынужденной агрессии" достаточно было бы обратиться к сборнику песен Гитлерюгенда "Uns geht die Sonne nicht unter", изданному ещё в 1936 году, и ввести в массовое сознание хотя бы одну из популярных немецких песен 30-х годов:

Du, kleiner Tambur, schlage ein!

Nach Moskau wollen wir marschieren!

Nach Moskau wollen wir hinnein!

Der Bolschewik soll unsre Krafte spQren!

Am Wege wilde Rosen blQhn, ja blQhn

Wenn Hitlerleut' nach Rupland ziehn[18].

Ты, юный барабанщик, бей!

Мы на Москву идти желаем!

Войти в Москву хотим скорей!

Пусть силу большевик узнает!

Попутно розы расцветут, да, расцветут,

Коль люди Гитлера на Русь пойдут.

Ещё раз подчеркнём, что эта песня стала широко использо­ваться для воспитания гитлеровской молодёжи за пять лет до нападе­ния Германии на нашу страну.

Публикация в 2007 и 2008 годах коллективных монографий "Правда Виктора Суворова" и "Правда Виктора Суворова-2" свиде­тельствует о том, что заинтересованность в поддержании "суворов­ского" антиидеала на постсоветском пространстве сохраняется до сих пор. При этом сама фигура советского разведчика-перебежчика и сегодня недостаточно масштабна для его превращения в подлин­ного антигероя. Препятствием является и достаточно скромное во­инское звание бывшего ГРУшника и непритязательность его устной речи, по сравнению с публикуемыми за его подписью письменными текстами.

Естественно, что в условиях не прекращающейся на всём пост­советском пространстве информационно-психологической войны, встал вопрос и об историческом персонаже, который мог бы, в качестве блокирующего антиидеала, противостоять маршалу победы Г. К. Жукову (1896-1974). Таковым в год 65-летия разгрома гитлеровской Германии в Великой Отечественной войне был избран перешедший на сторону нацистов генерал-лейтенант Андрей Андреевич Власов (1901-1946). Как тут не вспомнить антижуковские строки из нашу­мевшей книги "Трагедия России. "Запретные темы" истории ХХ века": "...Не изменивший своей присяге унтер Г. К. Жуков и не недоучивший­ся семинарист И. В. Сталин, а другой недоучившийся семинарист – А. А. Власов в годы войны по существу предпринял реальные и доста­точно быстрые шаги, направленные на то, чтобы вернуть русскому воину память о Христе"[19]. (С этими словами, наверное, можно было бы согласиться, если трактовать их в том смысле, что всякое воспоми­нание о христопродавце Иуде возвращает нас к памяти о преданном им Господе).

Для людей Иудина склада предпочтительность измены по сравнению с верностью лишь косвенно связана с психическими ори­ентациями как на самосохранение, так и на приобретение. "Kai та apyopia si^ toy vaov avsxwpn^sv, Kai ans^0wv алщ^ато"[20] ("И, бросив серебреники в храм, удалился; и ушел и повесился"[21]. От Мат­фея, 27, 5). Многочисленные факты бескорыстного предательства соб­ственной Родины известны контрразведчикам всех стран мира.

Порочность процитированного митрофановского текста за­ключается не только в том, что верность присяге и измена Родине по­меняли в нём свои места. Куда чудовищней суждение автора о том, что до подлинного героизма власовцы не дотянули по той причине, что не вступили "в действительное противоборство с большевизмом на поле брани". Стало быть, "проповеднику" мало 27-ми миллионов погибших советских граждан! Стало быть, в мечтах ему потребны до­полнительные смерти!

Презентация в Санкт-Петербурге книги, которую мы дважды цитировали, была приурочена к 22 июня 2009 года. Если учесть, что презентация состоялось в самом центре города у Московского вокза­ла, рядом с обелиском, воздвигнутым в честь победы в Великой Оте­чественной войне, то не сложно разгадать провокационный характер презентационных мероприятий. "Санкт-Петербургские ведомости" и "Невское время", "Новый Петербургъ" и "Радонеж", "Советская Рос­сия" и "Ваш тайный советник", "Православный Санкт-Петербург" и "Известия" – вот лишь неполный перечень газет, которые откликну­лись критическими статьями на апологетику коллаборационизма.

Реакцией на такую отповедь стало заявление в защиту власовцев Синода Русской Православной Церкви за рубежом, проект кото­рого, что особенно любопытно, тоже был подготовлен в культурной столице России.

Невольно возникает вопрос: какую цель преследовали те, кто сначала провоцировал массовое возмущение, а потом организовывал в ответ на него защитные акции из-за рубежа? Ответ предельно прост: расколоть Русскую Православную Церковь, ставшую после объедине­ния РПЦ и РПЦЗ единой.

Делом всей жизни покойного Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, как и в Бозе почившего Митрополита Лавра, было объединение Церквей-сестёр. Тем самым, впервые после граждан­ской войны был положен конец духовному расколу между православ­ными русскими людьми, оставшимися на Родине или же волею судеб оказавшимися за рубежом. Вновь расколоть русский мир – задача геополитического масштаба. И противники этого мира осознают её значимость.

Провоцирование вторичного раскола между РПЦ и РПЦЗ втрой­не опасно ещё и потому, что может вызвать процесс внутреннего раз­деления Русской Православной Церкви (речь идёт о сложнейшей си­туации на Украине, в Грузии, в Молдавии). Таким образом, современные игры во власовщину превращаются (как и семь десятилетий тому назад) в неигрушечное предательство национальных интересов.

Склонность к предательству в большинстве случаев относится к иррациональным человеческим влечениям, которые осмысляются обычно уже задним числом:

"Предавал ли Хрущёв Сталина? – мудро вопрошает в своей книге "Вызываю дух генерала Власова" Г. Х. Попов. – Предательством или патриотизмом была расправа Хрущёва над Будапештом? Преда­тельством или патриотизмом была передача Хрущёвым Мао Цзэдуну списков всех наших агентов в Китае? А война Брежнева в Афганиста­не? А подавление им же Праги? А брошенные Горбачёвым постсовет­ские лидеры и десятки тысяч функционеров в странах Восточной Ев­ропы без малейших попыток защитить их – хотя бы предоставлени­ем советского гражданства? Предавали или нет Ельцин и все мы свою партию, войдя в Межрегиональную депутатскую группу?"[22] Все эти не лишённые глубины риторические вопросы задаются Г. Х. Поповым лишь с одной целью: чтобы под конец своей книги по отношению к изменнику Власову торжественно провозгласить: "И Вы – настоящий патриот. Вы боролись за выход из социализма"[23].

Как тут не увидеть в писаниях бывшего коммуниста из Межре­гиональной депутатской группы лишь вывернутые на изнанку завет­ные ленинские мысли о поражении своего правительства в империа­листической войне: "Революционный класс в реакционной войне не может не желать поражения своему правительству"[24].

Тут мы и подходим к самой серьёзной проблеме, связанной с современной апологетикой коллаборационизма, – проблеме экс­порта цветных революций на постсоветском пространстве. Подобно тому как в ХХ веке для организации социалистических революций были жизненно необходимы профессиональные революционеры, так и для удачного экспорта "померанчевых", "бархатных" и прочих рево­люций необходимы коллаборационисты, способные к "конструктив­ному сотрудничеству" с зарубежными посольствами и спецслужбами. Такие кадры выращиваются не только посредством финансовых вли­ваний, но и с помощью соответствующей идеологической обработки.

Современный мир уже давно оценил гениальность оруэллов­ской формулы: "Кто контролирует прошлое – контролирует будущее, кто контролирует настоящее – контролирует прошлое"[25]. Похоже, что контролёры будущего, как в нашей стране, так и за рубежом, ге­роизируя А. А. Власова, были бы рады воспитать в России новое по­коление коллаборационистов.

Наконец, хотелось бы затронуть один недавний случай в Северной столице, который имеет непосредственное отношение к теме.

Немногим больше года тому назад в Санкт-Петербурге на Петрозаводской улице в Институте истории Российской академии наук, состоялась защита апологетической по отношению к Власову и власовской армии докторской диссертации Кирилла Михайловича Александрова. Конечно, поскольку уже к весне 2016 года миллионы людей в нашей стране насмотрелись телевизионных передач, по­свящённых трагическим событиям на Украине, возникло осознание, какую страшную суть таит в себе идеология неоколлаборационизма. Поэтому многие петербуржцы реагировали достаточно активно. Перед Институтом истории на Петрозаводской улице появились пикеты, но, главное, на протест против диссертации К. М. Алексан­дрова (это, конечно же, был подвиг) поднялись последние ветераны

Великой Отечественной войны. Самым молодым из них было под 90 лет, а самым старшим за 90. Значит, эти люди, преодолевая физиче­ские недомогания, усталость, пытались повлиять на итоговое реше­ние Учёного совета. Как бы вы думали, чем закончилось голосование по этой диссертации? 17 против 1 в пользу генерала Власова. Лишь один член Учёного совета проголосовал против. Возможно, дирек­тор решил подстелить соломки и так проголосовать, как бы чего не вышло. Тем не менее ведущее историческое учреждение Ленингра­да, Институт истории Российской Академии наук, проголосовал за власовщину. Возможно, вы подумаете: "Тут перед нами выступает ре­акционный профессор, весь напичканный идеологемами советского времени, который не понимает, что это было творческое исследо­вание, созданное на богатейшем архивном материале". Ничего по­добного. До защиты Кирилла Михайловича Александрова Росархив выпустил 3 огромных тома документов, посвящённых предательству генерала Власова, однако соискатель учёной степени, доктор наук, проигнорировал эти 3 тома. Во-первых, ему было неудобно это сде­лать, потому что они вышли, когда он уже прошёл предзащиту. Во- вторых, там были такие документы, которые не позволили бы ему выставить Андрея Андреевича Власова в привлекательном виде и позиционировать власовщину как проявление социальной борьбы против сталинского режима. Мы прекрасно знаем, что в 41-м, когда Власов удостоился личных встреч с Иосифом Виссарионовичем Ста­линым, ничего, кроме восторженных писем об этой встрече, своим любимым женщинам он не направлял. Поэтому говорить о какой-то антисоветской идейной позиции здесь не приходится.

Можно задать вопрос: а почему Андрей Андреевич предал не в 41-м году, а только в 42-м? Здесь мы должны распрощаться ещё с од­ним историческим мифом. Дело в том, что самым страшным в истории Великой Отечественной войны был не 1941-й, а 1942-й год. В 41-м году Красная Армия выполнила свою важнейшую стратегическую задачу. Выполнила её, сорвав планы блицкрига, а в 42-м году Гитлер решил взять реванш и во многом преуспел. Тут-то генерал-лейтенанту Власову и показалось, что война СССР проиграна. В итоге он решил пе­рейти на сторону противника. Героизация Власова, предателя нашей Родины, предпринятая К. М. Александровым, есть чистейшая фальси­фикация истории. Доказательством тому служат не только советские документы. Вспомним, что говорил о Власове рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Я имею в виду его речь в Бад Шахене от 14 октября 1943 года, которая записывалась на грампластинки.

Цитирую эту речь: "Если потом является русский, этакий пере­бежчик, позавчера ещё, возможно, подручный палача, а вчера назна­ченный Сталиным генералом, который с заносчивостью славянина делает теперь доклады и проталкивает установку, что Россию могут победить только русские, тогда я должен кое-что сказать: одной лишь этой установкой он выказывает, какая он свинья. Если бы он действи­тельно был таким большим патриотом, за какового себя выдаёт, он бы этого даже не произнёс, – всё равно, нравится ли ему Сталин или нет". На мой взгляд, это уничтожающая характеристика не только для генерала Власова, но и для наукообразных писаний его современных российских апологетов.

[1] Pacuvius родился около 219 г. до н. э. в Брундизии. Он был сыном сестры Энния, другом Лелия и до глубокой старости проживал в Риме, занимаясь сочинением трагедий и живописью. Под конец жизни удалился в Тарент, где и умер 90-летним старцем около 132 г. до н. э.

[2] Образцом для Пакувия, по всей видимости, послужил стих Софокла, пародируемый Аристофаном ("Богатство", 1151): "Везде отечество, где жить нам хорошо".

[3] Бабичев Н. Т., Боровский Я. М. Словарь латинских крылатых слов. 3-е изд. М.: "Рус­ский язык", 1988, с. 810 – 811.

[4] Ciceronis M. Tullii Opera quae supersunt omnia. Vol. 17. Mannhemii, Cura et Sumptibus Societatis litteratae, 1787, p. 288.

[5] Даже понимание того, что "Et fumus patriae est dulcis" ("И дым отечества сладок"), в конечном счёте, восходит к античности, к "Письмам с Понта" Овидия (I, 3, 33).

[6] Horatius. Opera. Edidit Fridericus Klinger // Bibliotheca scriptorium Graecorum et Ro- manorum Teubneriana. Ltipzig, BSB B.G. Teubner Verkagsgesellschaft, 1982, p. 67.

[7] Marx K., Engels F. Manifest der kommunistischen Partei// Werke, Bd. 4, Berlin, Dietz Verlag,

1990, S. 479.

[8] Marx K., Engels F. Manifest der kommunistischen Partei// Werke, Bd. 4, Berlin, Dietz Verlag,

1990, S. 493.

[9] Ленин В. И. О поражении своего правительства империалистической войне // ПСС, Т. 25, М., 1973, с. 1

[10] Вассоевич А. Л. А. А. Власов и новорусская власовщина (К истории возникновения неоколлаборационизма) // Следствие продолжатся... Воспоминания сотрудников следственного подразделения. Книга шестая. СПб.: "Специальная литература". 2013.

[11] Манифест Комитета освобождения народов России. В кн.: Смыслов О. С. Проклятые легионы. Изменники Родины на службе Гитлера. М., "Вече", 2007, с. 409.

[12] Влияние марксистских идеологем при составлении "Пражского манифеста" отме­чал еще В. Штрик-Штрикфельд, который в частности писал: "Для бывших советских специалистов народного хозяйства такой подход к этому вопросу был естественен. Они считали, что только государственная монополия на внешнюю торговлю может сохранить слаборазвитое русское народное хозяйство от эксплуатации иностран­ными капиталистами". См.: Штрик-Штрикфельд В. Против Сталина и Гитлера. Гене­рал Власов и Русское Освободительное Движение. М., "Посев", 1993, с. 353.

[13] Манифест Комитета освобождения народов России. В кн.: Смыслов О.С. Проклятые легионы. Изменники Родины на службе Гитлера. М., "Вече", 2007, с. 410.

[14] Митрофанов Г. Н. Трагедия России. "Запретные темы" истории ХХ века в церковной проповеди и публицистике. СПб.: "Моби дик", 2009, с. 155.

[15] Попов Г. Х. Вызываю дух генерала Власова. М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2008, с. 39.

[16] Гитлеровское обращение "Der Fuhrer an das deutsche Volk" было зачитано доктором Йозефом Геббельсом 22 июня 1941 года.

[17] Гитлер А. Речь 22 июня 1941 года // "Волшебная гора", II, М.: РИЦ "Пилигрим", 1994, с. 137.

[18] Uns geht die Sonne nicht unter. Lieder der Hitler-Jugend. Herausgegeben vom Obergebiet West der Hitler-Jugend. Hornung, 1936, S. 31.

[19] Митрофанов Г.Н. Трагедия России. "Запретные темы" истории ХХ века в церковной проповеди и публицистике. СПб.: "Моби дик", 2009, с.153.

[20] Novum Testamentum Graece et Latine. Textum Graecum post Eberhard et Erwin Nestle communiter ediderunt Barbara et Kurt Aland, Johannes Karavidopoulos, Carlo M. Mar­tini, Bruce M. Metzger. 3. neubearbeitete Auflage. Deutsche Bibelgesellschaft, Stutt­gart, 1994.

[21] Синодальный перевод: "И, бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавил­ся". – Господа нашего Иисуса Христа Святое Евангелие от Матфея, Марка, Луки и Иоанна на славянском и русском языках. Изд. 38-е. СПб., Синодальная типография, 1890, с. 129.

[22] Попов Г. Х. Вызываю дух генерала Власова. М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2008, с. 195 – 196.

[23] Попов Г. Х. Указ. соч., с. 200.

[24] Ленин В. И. О поражении своего правительства империалистической войне // ПСС, Т. 25, М., 1973, с. 1.

[25] Оруэлл Дж. 1984. Скотный двор. Сказка. Пер. с англ. Д. Иванова, В. Недошивина. Пермь, Изд-во "КАПИК", 1992, с. 31.

А. Л. Вассоевич – профессор кафедры политической психологии СПбГУ, политолог, д-р филос. наук, канд. ист. наук

РУССКАЯ ЭКСПЕРТНАЯ ШКОЛА
© 2024